Джордж Лукас, начинавший, между прочим, как режиссер авторского, независимого, малобюджетного кино, сумел повернуть историю кино вспять. Серьезные критики точкой отсчета зрелищного кинематографа Голливуда считают день премьеры — в мае 1977 г. — первых по счету "Звездных войн", ставших подлинной сенсацией во всем мире. Забавно, но руководство студии "XX Век-Фокс" долго сопротивлялось, не желая финансировать этот проект. Более того, уже готовая картина не очень-то приглянулась студийным боссам. Но уже в первый уикэнд стало ясно, что "фоксовцы" вытянули счастливый лотерейный билет, напали на настоящую золотую жилу: феноменальный успех лукасовской картины принес студии колоссальные деньги, с лихвой покрыв первоначальные затраты. Судите сами: вместо истраченных $11 млн было получено более $300 млн (!). И это только в американском кинопрокате. По всему миру картина собрала невиданную для того времени цифру — почти $800 млн.

В американском кино начался совершенно новый этап — эра спецэффектов, впоследствии заменивших все и вся и похоронивших авторское кино, "Скрытая угроза", например, по кассовым показателям сумела обойти даже первый фильм, сорвав банк в $924 млн! ("Империя наносит ответный удар" — $538 млн; "Возвращение Джедая" — $475 млн).

Но не будем умалять талант Джорджа Лукаса: естественно, он может удивить не только цифрами. Да и цифры в данном случае есть показатель его феноменальной популярности, завороженности миром, созданным им словно по мановению волшебной палочки. Недаром фанаты Лукаса, каковым несть числа по всему свету, всерьез принимают его за новоявленного гуру, чуть ли не обожествляют и полагают, что именно он знает ответы на все вопросы. При том что сам гуру давно уже живет отшельником, редко выходит на люди и почти все свое время проводит в построенной им студии, оснащенной по последнему слову техники. Кстати, и в реальной жизни он больше напоминает продвинутого технаря, инженера высочайшей квалификации, способного часами рассуждать о компьютерах и их возможностях...

Впрочем, Лукаса обожествляют далеко не все, хотя интеллектуалы, в свое время морщившиеся при одном упоминании его имени, со временем и признали заслуги режиссера перед мировым сообществом. Ни для кого не секрет, что этот прародитель жанра невольно уничтожил почти все достижения авторского кинематографа: после успеха первой картины Лукаса руководство студий ставило его в пример как стахановца, перевыполнившего норму с астрономическими показателями. Кроме того, последние "эпизоды" его бессмертной эпопеи сделаны в духе компьютерной игры, механической и бездушной. Ходят слухи, что Лукас испытывает отвращение к живым актерам и нежность к машинам: стилистика его недавних картин явное тому свидетельство. Однако самое главное "преступление" Лукас совершил по отношению не к авторскому кино, а к своим верным фанатам, разрушив миф, в течение почти 30 лет согревавший сердца поклонников режиссера. Как известно, шестая и последняя серия эпопеи "Месть ситхов" рассказывает о том, как благородный Джедай превращается в оборотня, и вместо того чтобы бороться за демократические принципы, как он делал раньше, сам становится злодеем, узурпировавшим власть. Газеты запестрели заголовками типа "Звездные войны" проиграны", "Разрушение мифа" и т.д. и т.п. Лукас же, как всегда, взирал на всю эту "возню" с олимпийским спокойствием. Закрадывается подозрение, что он сделал это специально, чтобы навсегда покончить со "Звездными войнами", которым конца и края не видно. Как это ни странно, создатель лучшего в мире космического комикса хотел бы вернуться в лоно... авторского кино. Типа "Американских граффити", с которых когда-то начинал и о которых вспоминает с неизменной нежностью.

Разумеется, это невозможно: Лукас слишком богат и слишком технологичен, а страсть к умопомрачительным бюджетам и спецэффектам — не то, что нужно для психологического утонченного кинематографа. Недаром Ларе фон Триер все время предостерегает от больших бюджетов, налагающих непомерную ответственность и, как это ни странно, отвлекающих от искусства. Если говорить серьезно, то успех Джорджа Лукаса связан, по-видимому, со временем как исторической и философской категорией. Не будучи проповедником или облеченным политической властью человеком, он добился огромного влияния на умы. Какой-нибудь там президент небольшой страны (и даже большой) мог бы всерьез позавидовать Лукасу с его тотальным проникновением в наше подсознание. На самом же деле в эпоху больших перемен, когда старые механизмы, традиции и мифы разрушены, людям требуется новая религия. Каковую они и находят то в "Звездных войнах", то в произведениях Пауло Коэльо с их незатейливой эзотерикой. Это довольно печальный вывод — помнится, в начале прошлого столетия властителем дум был не кто-то вроде Коэльо, а, скажем, Лев Толстой. Однако нужно отдать должное Лукасу — он и не претендует на духовную власть, ему вполне хватает власти на территории своей огромной студии, где он без конца экспериментирует с новыми возможностями высоких технологий.